Нейтан совершенно не помнил, как добрался до дома, но это был первый раз за последние дни, когда он добрался до дома, ни разу не оглянувшись. Действие травы продолжалось, усиливалось, а алкоголь, напротив, понемногу отпускал. Хотелось есть, спать и еще почему-то жутко хотелось отмыться. Всю дорогу Нейтан думал не о странных словах Джима Диланди, не об Айке и своей обиде, а только о том, как, придя домой, он наберет полную ванну горячей воды, и будет лежать в ней, пока та не остынет. Так он и сделал. Вот только первым делом, оказавшись дома, проблевался и посидел на кухне, обнимая свои колени, огрызнувшись на Лив, которая робко попыталась помочь. А потом, едва голова коснулась подушки, провалился в сон.

К утру в его памяти не осталось практически ничего конкретного. Смазанные фрагменты: стресс, вечеринка, обида, раздражение, смех, выпивка, игры, злость, косяк, улица-машина-разговор, злость, злость, злость… Он выпил несколько таблеток обезбола, упал обратно в кровать и пролежал там несколько часов, листая интернет на смартфоне. Потом заставил себя встать, пойти в душ и отмыться. До конца дня он литрами пил холодную воду, отстреливал зомби в компьютерной игре и старательно игнорировал писк телефона, оповещавшего о новых сообщениях и звонках.

Айка он заметил не сразу, а когда заметил, вздрогнул от неожиданности. В этот момент его убили в игре – в экран полетели брызги крови и он постепенно почернел, демонстрируя главное меню. Нейтан отъехал на стуле к шкафу, стоявшему поодаль от стола, и стянул с полки вейп. Затянулся.

- Входи, - он коротко кивнул в сторону дивана, стоявшего в центре комнаты.

Внутри что-то екнуло, пока взгляд Нейтана еще был сфокусирован на Айке. Через все обиды и всю злость пробилось робкое желание обнять. Потому что это все еще был Айк. Его Айк. Он выглядел, ощущался, пах, звучал как его Айк. Но Нейтан задушил это желание, ощущая невероятную тяжесть внутри. С этой тяжестью он встал, пересек комнату и сел на диван рядом с Айком, выпуская в воздух струю дыма от парилки. Они сидели так близко, что соприкасались локтями, но Нейтану казалось, что между ними целая пропасть.

- Курить хочешь? – практически будничным тоном спросил он. – Если нужны обычные сигареты, они есть в нижнем ящике стола.

На первую реплику Айка Нейтан ничего не ответил. Он не считал, что Айк подвел его, дело было не в этом, не в проебанных по времени сообщениях о вечеринке. Дело было в том, как складывались все события этого вечера. Он словно ждал от Айка больше участия и внимания, оказавшись, во всех смыслах незащищенный, в некомфортной для себя среде. Но мог ли он требовать этого внимания, даже не поделившись происходящим? Айк ведь буквально не знал о том, что происходит, и справляться в одиночку было выбором Нейтана. Справлялся он крайне хреново.

- У меня не кончилось терпение, Айк. Я просто шел туда не веселиться, я шел туда к тебе. А попал в толпу людей, которые сводили с ума одним своим присутствием. Не знаю, как я удержался, чтобы не ударить Лизу по лицу…

Нейтан шумно выдохнул, опустив голову. Вейп выпал из расслабленной руки и покатился по полу. Алкоголь и трава вроде уже отпустили, но сил не было ни физических, ни моральных, и собраться с мыслями было так же тяжело, как вчера. Он не знал, как донести до Айка свои мысли, не рассказывая ему про Джима. Впрочем, касательно Джима он и сам толком не понимал ничего, кроме бесконтрольного ощущения опасности. Он не чувствовал ее глубины, не знал, насколько она близко, она просто существовала – и все.

Перед глазами стоял фрагмент вчерашнего вечера, где Джим держал его за ухо, словно непослушного ребенка, и его лицо было слишком близко. Сказанные им слова стерлись из памяти, но оставили после себя мерзкий липкий осадок.

Нейтан снова почувствовал страх и следовавшую за ним по пятам безысходность. Айк сейчас был рядом, физически, вот прямо здесь, и никаких идиотских дружков поблизости, но чем он мог помочь? Нейтан был абсолютно уверен, что тот так же бессилен, как и он сам. А может даже от его участия в происходящем возникнет еще больше проблем.

«Здравствуйте, Оливия, зачем ваш ребенок пишет мужчине сильно старше себя?» Я ведь докажу ей, что это писал ты. И если я совру о чем-то еще...

- Я просто не знаю, что мне делать. Я не знаю.

Он не заметил, как по лицу покатились слезы. Сначала две тонкие дорожки, от которых было щекотно, а потом глаза защипало и они полились ручьем. Он безуспешно пытался сморгнуть их, но оставил эти попытки, медленно сполз вниз, на пол, и уткнулся лицом Айку в колени, сотрясаясь от беззвучного плача.

Нейтану не нравилось показывать слабость. Никому, даже Айку. Он словно вынужден был признать поражение в борьбе со Слабаком Нейтаном, которую так долго вел и которая в каком-то смысле привела его в Олбург. Но выбора не было. Когда слезы закончились, и он поднял голову, заметил, что джинсы Айка в районе колен мокрые. В памяти всплыла до боли знакомая похожая сцена. Теперь они поменялись местами.

- Я не знаю, чего я хочу, - честно ответил Нейтан, - кроме того, чтобы все это закончилось. Пойти в полицию? Есть ощущение, что меня поднимут на смех. Я просто… я…

Просить Айка ничего не делать и никак не помогать было бесполезно. Нейтан сидел и смотрел в одну точку, сжимая кулаки с такой силой, что ногти впивались в кожу, оставляя глубокие синюшные отметины-полукружья. Он пытался решить здесь и сейчас то, что не мог решить уже несколько дней подряд. Все за и против крутились в голове, сменяя друг друга. Но в конце концов он подумал, что Айк был прав, когда бросил ему в лицо жгущую обидой фразу про «только трахаться и бухать». Если не для того, чтобы быть друг для друга всем, зачем они здесь тогда?

- Этого мужика зовут Джим Диланди. Я встретил его в вашем магазине. – Нейтан шмыгнул носом. – Вроде ничего необычного. Но потом я стал вроде как случайно встречать его снова. Это он забронировал для меня череп. В какой-то момент эти случайные встречи мне показались странными. Я решил погуглить его в интернете, нашел страницу и решил написать ему с левого аккаунта, посмотреть, как он общается, такой же он странный с другими, как со мной или… в общем, я не знаю, это было очень тупой идеей. Я придумал идиотский предлог, который загнал меня в тупик. Общение стало сходить на нет. Потом я получил этот конверт и… я вспомнил его, на панике решил разорвать с ним переписку, а он ответил мне еще более жуткими фразами, чем обычно.

Нейтан глубоко вздохнул. Голос его был напряженный и рассказ давался с трудом. Он боялся реакции Айка. Боялся его вопросов и того, что он вообще ему не поверит. Но раз начал, нужно было продолжать.

- Я удалил тот профиль. И вчера… я очень плохо помню… я вышел с вечеринки, он окликнул меня и позвал к машине. Он уже был здесь, понимаешь? Я помню, что он говорил что-то про мою мать, что он расскажет ей, как я пишу взрослым мужикам, и что придумает что-то еще… он говорил, что знает, что это я писал ему с фейковой страницы. Он схватил меня за ухо и говорил это все прямо в лицо. Что-то еще… было что-то еще, но я ничего больше не помню.

- Я понятия не имею, что он там делал. Возможно, меня ждал. Я не знаю, Айк. Я не могу вспомнить, что он говорил, но…

Нет никакого Джима Диланди? Еще один фрагмент минувшего вечера встал на место, дополняя картину. Изумленная Гвен, которая сказала ему, что этого человека зовут не Джим, а…

- Джон? Его зовут Джон? У вас есть какие-то данные о покупателях? Если он что-то покупал, возможно, получится узнать. – Нейтан осторожно высвободился из объятий Айка, встал и прошелся по комнате. – Я не знаю о нем ничего, кроме имени, которое я тебе назвал, его страницы, которая не содержит никакой информации, и того, что он увлекается медицинскими атласами. И хотел снять жилье в нашем районе. В моем районе. Я не знаю, что из этого правда.

Нейтан остановился, прислушиваясь. Кажется, сверху донесся какой-то звук, но, когда он замер, тишину больше ничто не нарушало. Он продолжил мерить комнату шагами, старательно думая сквозь проступающую головную боль, и тут на пороге, точно призрак, возникла Лив.

- Привет, Айк, - она коротко улыбнулась. Ее напряженный взгляд скользил по их лицам, с одного на другое. А потом она достала бумажный конверт из сумки. – Забирала почту. Нейтан, тебе… письмо.

Лив ушла, а Нейтан стоял с конвертом в руках у лестницы и пытался унять дрожь в руках. Первым делом он пошел и запер дверь в подвал изнутри, потом вернулся к Айку, сел рядом на полу, скрестив ноги, и нетерпеливо, неаккуратно порвал конверт.

Фотография свиней в загоне. Две стяжки. «едят все. примерь»

Нейтан встал с пола, сделал круг по комнате, сжимая и разжимая кулаки, и, схватив первое, что попалось под руку – настольную лампу – зашвырнул в стену. Та с грохотом повалилась на стопку книг на столе, осыпая все осколками битого стекла. На звук пришла Лив и принялась стучать в дверь.
- Нейтан? Что у вас там происходит?
- Ничего. Уйди!
- Открой дверь, Нейтан. Немедленно! – впервые за долгое время ее голос звучал строго. – Сейчас же!
Следующий предмет, которым оказался мобильник, полетел уже в дверь и разбился от удара об пол. Лив забарабанила в дверь с удвоенной силой.

Лив не унималась. Она слишком хорошо помнила Эшли, и хотя боялась об этом даже думать, но иногда, в определенных ситуациях, угадывала в сыне его черты. Когда Нейтан злился, он становился похож на своего отца. Такая же бестолковая слепая агрессия, разрушительная, импульсивная.

Бросив попытки докричаться, она отправилась в прихожую, где должен был лежать запасной ключ.

Нейтан тем временем оказался зажатым на диване и смотрел на Айка поначалу без злости, с бессилием и усталостью, но разозлился сразу, как только услышал о необходимости рассказать.

- Я поделился этим с тобой не для того, чтобы ты уговаривал меня втягивать в это всю мою семью, - безуспешно попытался отпихнуть его Нейтан. - Отпусти меня.

Прошло не больше минуты до момента, когда дверь открылась и Лив ворвалась внутрь, округлившимися испуганными глазами глядя на Айка с Нейтаном и осколки на полу. Пока ее взгляд не успел зацепиться за брошенную фотографию со свиньями, Нейтан вывернулся из рук Айка и быстро подобрал ее.

- Я требую объяснений, - сказала она, но голос был скорее испуганный, чем уверенный. Она слишком хорошо знала Нейтана, знала, что ей придется сдаться в этом споре.
- Нечего объяснять, - раздраженно бросил Нейтан, - мы поссорились немного, я психанул. Это все.

Лив перевела вопросительный и почти умоляющий взгляд на Айка. Нейтан, заметив это, шумно и раздраженно выдохнул.

- Мы поссорились. Уходи.

Она еще постояла, беспомощно оглядывая комнату, и ушла, бросив в дверях, чтобы они больше не запирались, и этой просьбой Нейтан сразу же пренебрег.

- Она не сможет ничем помочь. Но я знаю тех, кто, возможно, сможет. И как бы странно это ни звучало… это друзья моего отца. Мне нужно поехать в Берлингтон.

- Я знаю, что такое копы в подобных городках, - Нейтан остановился и посмотрел на Айка. В голове мелькнуло слово, одно из первых, с которых началось их знакомство. Дыра. Именно так он называл Олбург, когда только приехал. – Обычно у них нет ни желания, ни возможностей. И что я им предъявлю? Странные картинки, похожие на подростковый прикол? Покажу пальцем на чувака, который… да я даже не знаю, кто он и где он, чтобы на него показать.

А вот это было проблемой. Прежде, чем ехать в Берлингтон, нужно было понять, на кого показывать пальцем. Для этого ему нужен был Айк – вытащить максимум сведений из своей тетушки. Если у нее окажется его адрес, проблема решится, если же нет, кажется, придется поменяться местами, и ему самому нужно будет проследить за этим Джимом-Джоном. Происходящее все больше напоминало сюжет детектива в мягкой обложке, которые продаются исключительно для того, чтобы убить время где-нибудь в дороге, а потом, едва закрыв книгу, навсегда выкинуть описанную там историю из головы.

- От тебя мне нужна будет помощь с именем и адресом. Я понимаю, что второго скорее всего нет. Если так, я сам добуду. Подозреваю, что это будет не сложно.

«У тебя уже есть моя страница, Нейтан, если ты захочешь о чем-то поговорить, напиши мне»
Придется захотеть. Например, выманить и не прийти на встречу, спрятаться где-нибудь и дождаться, пока он отправится домой. Главное зацепить чем-то, чтобы согласился, а дальше дело за малым. Звучало как отличный план, но Нейтан даже в запале собственных эмоций смутно чувствовал опасность. До этого случая он никогда всерьез не задумывался, какую власть может иметь человек, даже не зная тебя толком, не контактируя. Джону еще можно было сказать спасибо, что он не оказался каким-нибудь Эйданом Кобаном и не превратил в агонию каждый его день, влезая во все доступные средства связи и воздействуя на знакомых. Возможно, в силу возраста и характера он был не так изобретателен. Хотя, стоило признать, Нейтан не знал, что еще Джон для него готовит. Если автором посланий вообще был он.

- Может звучит и неубедительно, но среди друзей моего отца есть толковые люди. То, что он был мудаком и торчком, не значит, что его окружали исключительно такие же.

Нейтану не нравилось говорить об этом, поэтому он присосался к вейпу и всем видом давал понять, что не хочет обсуждать отца. Он разрешал его ненавидеть только себе и матери. Когда же речь шла о ком-то другом, он, как маленький ребенок, капризно топал ногой, в слепом исступлении пытаясь защитить то, что сам ненавидел. Почему – совершенно не понимал.

Айк ушел, и Нейтан остался один на один с головной болью, усталостью и захламленной комнатой. Опустошенный, он потратил остаток вечера на то, чтобы очистить подвал от стеклянной крошки и реанимировать телефон. Последнее не увенчалось успехом, поэтому Нейт с компьютера написал Айку, что готов принять его телефон, пока не купит новый. Кажется, Лукаса снова придется трясти ради смен в кафе, и морально готовиться надевать заячьи уши.

Следующая неделя прошла в напряжении и натянутом молчании. Нейтан был нервный и всячески избегал говорить про Джона и письма, потому что усиленно думал, как поступить, и продумывал план, который пока не хотел озвучивать. Айка, кажется, такой подход не радовал. Поэтому Нейтан немного ушел в себя, загородившись от мира учебой и сменами в кофейне.

17.11.2017

- Напомни мне, какого черта мы делаем? Ах да, ты же даже не сказал! – Эдди, тяжело пыхтя, опустил на землю объемную коробку. К нему подошли Лукас и Терри со своим лабрадором, который так тянул поводок, что грозился оторвать хозяину руки.

- Здесь будет классно, да? – Нейтан притормозил на скейте рядом с ними.

- Зашибись, - кивнул Терри, - места дохрена. – Может, попробуем одну хотя бы?

Четыре пары глаз уставились на коробку. Нейтан присел, достал из кармана складной нож, который с некоторых пор снова таскал с собой, и открыл ее. Он замер, спиной чувствуя заинтересованные взгляды. Внутри все оборвалось - коробка была полна хлопушек. Взяв одну, он медленно поднялся, повернулся к парням и, глядя на Эдди, дернул шнур. С бодрым хлопком в воздух взлетело конфетти, осыпая всех присутствующих радужным дождем.

Воцарилось молчание, в котором Терри закурил и украдкой косился на Эдди.

- Попробуй другую, - сказал Эдди, нарушая тишину.
- Какую другую!? – взорвался Нейтан. – Чувак, что ты притащил? Это хлопушки! Где петарды?
- Давай посмотрим в коробке…
- Я отдал почти сотню баксов за детские, блять, хлопушки!

Никаких петард в коробке не оказалось. Путем жаркого спора выяснилось, что Эдди, обещавший Нейтану на днях достать по хорошей цене целый ящик петард у своего знакомого, не уточнил, что этот знакомый – чувак из интернета, которого он знает меньше месяца и ни разу в глаза не видел.

Пока Нейтан и Эдди ругались, а Лукас писал отцу, что нашел хлопушки для детских праздников по хорошей цене, чтобы как-то отбить для друга немного потерянных денег, Терри с собакой ушел в сторону леса, который был совсем рядом – через поле. Его отсутствие никто не заметил до тех пор, пока он не вернулся, едва ли не за ухо таща за собой пса.

- Он порвал поводок, и я не смог его найти, слишком темно уже. Завтра вернусь поискать. Ну как вы тут, не поубивали друг друга?
- Валите, - сказал Нейтан, - вместе с хлопушками.
- А ты что, тут останешься? Сидеть в поле в гордом одиночестве? – Терри усмехнулся. – Начинаю понимать, за что Лиза дает тебе эти странные клички.

Когда они ушли, Нейтан уселся в старую раздолбанную тачку со спущенными колесами. Это была машина Чокнутого Стива, с которым они летом работали в открытом кинотеатре. Он закутался в шарф, закурил сигарету и стал ждать Айка, до прихода которого оставалось около четверти часа.

К моменту, когда Айк пришёл, Нейтан угрюмо сидел, обхватив себя руками, и слушал музыку со старого айпода, который теперь таскал с собой. Он вложил Айку в руку помятую пачку с двумя оставшимися сигаретами, привстал и потянулся, чтобы бегло поцеловать в уголок губ, и плюхнулся обратно на пассажирские сиденье.

- Ага, класс. - Вздох недовольства. - Могу предложить тебе посидеть в тачке моего отбитого коллеги с летней работы и пойти по домам. Потому что мы оба дружим с идиотом.

Потом Нейтан рассказал историю про петарды и хлопушки, неизвестного парня их интернета и тупость Эдди. Про то, что коробку забрал себе Лукас, и теперь нет ни денег, ни петард...

- Я хотел сделать сюрприз, - на этих словах, почувствовав смущение, он отвел взгляд, а потом вовсе вылез из машины, делая вид, что устал сидеть на месте. - Здесь отличное место, чтобы повзрывать. Темно, тихо, далеко от людей. Давно об этом думал. Прости. И за то, что тебе пришлось тащиться сюда. Поздно было тебя разворачивать, этих придурков я выгнал прямо перед твоим приходом.

Было уже совсем темно и довольно холодно. Разбитая тачка Стива, разумеется, не работала. Ловить тут было нечего, и Нейтан подумал предложить двигаться к дому. Может, на обратном пути зайти и выпить горячего в какой-нибудь забегаловке. Но прежде, чем он успел что-то сказать, внимание его привлекло какое-то странное движение вдалеке, у самой кромки леса.

Ветер гонял по старому, потрескавшемуся от времени асфальту сухие листья. Пахло прелой травой, влажной землёй, осенним вечером. Их окружала плотная, вязкая темнота, в которой они были как двухмерные картинки - просто два чёрных силуэта.

- Что-то странное, - пробормотал Нейтан, глядя в сторону леса. - Там. Как будто что-то... кто-то...

Ветер, будто услышав его слова, очередным порывом погнал листву по полю, туда, где на фоне мрачного неба чернели еловые макушки.

Нейтан вдруг почувствовал запах гнили. Такой резкий и отвратительный, что он поморщился, повернувшись к Айку, но тот совершенно не изменился в лице.

- Что это? - непонимающе спросил Нейтан. - Будто сдох кто-то. Ты не чувствуешь? Ты не видишь? Посмотри туда.

Странная бесформенная фигура - хаотичный чёрный силуэт - двигалась среди деревьев.

А потом появился шёпот. Едва различимые голоса бормотали что-то, но слов было не разобрать. "Я схожу с ума?" - мелькнула мысль. Но Нейтан слышал голоса не внутри своей головы, они будто налетели на него со всех сторон. И среди них один, самый спокойный и уверенный, будто звал его...

- Пойдём, - Нейтан быстро обернулся к Айку и, не дожидаясь согласия, зашагал по полю в сторону леса.

- Ты шутишь? – на ходу ответил Нейтан, обернувшись к Айку. – В лес. Посмотри же получше.

С того расстояния, на котором они находились на момент разговора, смотреть можно было и не напрягаясь. Очертания странного Нечто выделялись на фоне деревьев совершенно отчетливо, хотя форму разглядеть было все еще сложно. Нейтану казалось, что он видит не то щупальца, не то отростки. А может, это были странные, искривленные рога? Было жутко и в то же время скепсис не давал разгуляться страху. Они ведь и сами когда-то хотели подшутить над целым городом, устроив розыгрыш на Хэллоуин. Быть может, и эта фигура – чье-то творчество, чья-то безумная шутка?

Гомон голосов становился все тише, а потом и вовсе исчез, а вот запах никуда не делся и только усиливался. По мере приближения к лесу Нейтан чувствовал нарастающий холод и запах, который мысленно он окрестил запахом смерти. Ничего подобного ему не доводилось чувствовать прежде.

- Черт, - выдохнул он, остановившись в паре десятков метров от фигуры. Полные изумления глаза были обращены к Айку, и Нейта пугал его непонимающий вид. – Ты что, действительно не видишь? Посмотри! Дай телефон, быстро.

Он достал собственный, точнее одолженный Айком, смартфон, и сделал несколько снимков, со вспышкой и без. Потом те же действия проделал на телефоне Айка. Оба склонились над экранами, стоя где-то за километры от цивилизации в чистом поле. Форменное безумие. Но еще безумнее было то, что увидел Нейтан на фото – странное черное смазанное пятно, будто кто-то капнул на фотографию черной краски, а потом попытался ее стереть и только размазал.

- Нет, - Нейтан замотал головой, всучив Айку оба телефона с таким видом, словно его кто-то обвинил во лжи. – Оно не так выглядит. Что за бред?

Нейтан решил бы, что сходит с ума, но вспомнил дьявольскую псину и мысленно дал себе пощечину, не допуская сомнений. Он видел то, что видит, никаких галлюцинаций. Оно было прямо перед ним. Но, что странно, чем ближе они подходили, тем более блеклой и смазанной становилась фигура.

- Я пойду туда, - Нейтан хотел бы сказать это решительно, но голос предательски дрогнул. – Оно словно тает, когда я подхожу ближе. Как мираж. Оно хочет, чтобы я пришел. Я не понимаю, откуда я это знаю.

Сильные порывы ветра толкали в спину. Ветер трепал волосы, бросался листвой. Чем ближе они были к лесу, тем сильнее он становился. Уже у самой кромки леса видимость стала еще хуже, их словно обволакивал туман. Фигура исчезла, но Нейтан не мог отделаться от навязчивого ощущения, что ему надо в лес. Он шел так спешно, что успел немного обогнать Айка. И, оказавшись седи деревьев, обернулся, уверенный, что тот идет за ним… но никого не увидел.

Не было видно и поля. Только лес – во все стороны. Только черная безмолвная глухота.

Нейтан вертел головой и звал Айка, но вокруг было все так же пугающе тихо. Только листва шуршала под его ногами, пока он метался среди деревьев, чьи черные силуэты угрожающе напирали со всех сторон. В какой-то момент Нейтан заметил, что вокруг не так уж и темно. Ночной мрак сменился жутковатым красным свечением. В изумлении Нейтан первым делом посмотрел на свои руки, будто это он заставил мир вокруг окраситься алым. А потом он медленно поднял голову вверх и увидел полную луну, разумеется, красную.

- Вот черт, - даже собственный шепот вызывал мурашки по коже.

Ничего не понимая, Нейтан попятился, потом быстрым шагом, а потом и его сменил на бег. Он бежал в ту сторону, где, как ему казалось, должен был быть выход к полю, но никакого поля не было. Только бесконечные деревья, которые, чем дальше он бежал, становились все уродливее. Когда сил уже не хватало, и он остановился отдышаться, он увидел, что деревья вокруг облетевшие и кривые, некоторые черные, словно обугленные. В воздухе действительно пахло гарью, а еще гнильцой и сыростью.

- Айк! – в отчаянии крикнул Нейтан, сжимая кулаки. – Где ты? Айк!...

Тишина.

От досады и бессилия Нейтан пнул охапку листьев и снова заметил странность. Ту самую, которую уже видел в подвале магазинчика Роуз Питерс. С колотящимся сердцем он стал вглядываться в темноту: показалось или нет? Кажется, не показалось. Он упал на колени, ползал, копался и раскидывал листву. Языки черного тумана вились вокруг его пальцев, поднимались вверх по рукам, тянулись к шее… Нейтан отпрянул, вскочил на ноги и затряс руками, пытаясь их стряхнуть.

- Не показалось. Не показалось…

«А что, если…»

Перестав трясти руками, он замер, в нерешительности кусая губы. Потом медленно сел, уперся ладонями в землю, позволяя туману обволакивать себя, поглощать. Было холодно и тревожно. Пугала непроницаемая тишина – даже ветер не шевельнул ни одним несчастным листком на дереве. Нейтан так и сидел на четвереньках, глядя на свои руки, когда картинка поплыла перед глазами. Все будто смазалось - нечеткие контуры, неестественные цвета. Он закрыл глаза, и его словно прошибло током. Руки и колени пригвоздило к земле. Перед мысленным взором предстала бесформенная черная фигура, плавающая в воздухе, дрожащая, точно желе. Но вдруг на ней обнаружилась пасть – гигантская пасть, круглая, полная гнилых зубов. Мерзкая и зловонная.

«Нашел.»

Нейтан резко обернулся. Он стоял напротив Айка. Лес не был больше красным, луна – полной, а на земле не было никакого черного дыма. И зловещей тени тоже не было. За спиной Айка, через неровные ряды деревьев, проглядывалось поле. Нейтан медленно моргнул, пытаясь сфокусировать взгляд, но в глазах начало темнеть. Его повело в сторону, мгновение – и он упал, потеряв сознание.

Он словно падал в пустоту, ничего при этом не ощущая. Не было ни страха, ни ощущения нереальности происходящего, был только сам факт падения, который он осознавал – и больше ничего. Нейтан видел себя со стороны, спиной вниз летящем в черноту. В какой-то момент у черноты появились стороны, и со всех этих сторон на него уставились глаза. Поначалу их было всего несколько пар, потом десятки, сотни. Они моргали и бесцельно вертели зрачками, периодически обращаясь к нему. Будто то, в чем он находился, было живым. Осознавало его присутствие. Наблюдало за ним.

Падение закончилось, когда он открыл глаза. Очень медленно и ненадолго – даже лунный свет в ночном лесу был слишком ярким после мрака, из которого он вылез. Какое-то время Нейтан лежал, неспешно и шумно дыша, пытаясь осознать, что он больше не падает. Пальцы сгребали влажную траву, опавшие листья и землю, просто чтобы физически ощутить, что под ним есть твердая поверхность.

Когда удалось открыть глаза и приподняться на локте, Нейтан ощутил, как тяжело мышцам, словно его тело все это время находилось в диком напряжении. Интересно, напрягается ли оно при длительном падении? Едва ли он на самом деле хотел знать ответ на этот вопрос. Руки плохо слушались, когда он пытался подняться, и пришлось цепляться за Айка. Попытка удержаться переросла в короткие крепкие объятия. Мозг восстанавливал в памяти картинки увиденного, и вот теперь начал подключаться страх.

- Надо уйти отсюда, - сказал Нейтан, выпуская Айка из объятий. – Чтобы здесь ни происходило, я не хочу в этом участвовать. Давай уйдем.

Поначалу его чуть пошатывало, и мир после пробуждения из этого непонятного транса казался странным, искаженным, так что Нейтан шел медленно, и, пересекая поле, они почти не разговаривали. Только когда перед ними замаячила машина Безумного Стива, Нейтан выдохнул. Эта ржавая разбитая тачка была словно маячком на карте, ориентиром, по которому он мог определить, что вот тут – точно привычная реальность. Хотя это, разумеется, был самообман.

- Холодно чертовски. Давай ближе к городу такси закажем и доедем до меня? Дома есть деньги. Если повезет, мама будет не дома. А даже если дома – плевать.

Нейтан не помнил, какой сегодня день, не соображал, сколько времени, есть ли завтра дела. Его волновало только то, что осталось там, за кромкой леса, среди деревьев. Эти мысли заполняли его голову, мешая думать о чем-то другом, и требовали выхода. Он просто обязан был узнать, видел ли Айк то же самое, или что-то другое, и что происходило, пока он падал в пустоту, по факту лежа на земле. Что вообще это было? Обморок? Слишком много вопросов, без ответов на которые он не готов был Айка отпускать ни под каким предлогом.

Нейтану и самому было страшно, до сих пор, хотя он никак не мог отделаться от ощущения нереальности, будто вынырнул из кошмара, который все еще цеплялся за него и не хотел отпускать. Ему так нетерпелось обсудить случившееся, что он искусал все пальцы еще до приезда такси, и совсем не думал, что в этом обсуждении на самом деле не так уж много толку. Хорошо, если не окажется, что Айк понимает еще меньше, чем он сам.

Тишина в такси, разбавляемая только пением Элвиса с какой-то ретро радиостанции, угнетала. Даже водитель не отвлекал привычной для таксистов болтовней и хмуро смотрел на дорогу, погруженный в свои мысли. У него была аккуратная короткая стрижка и очки, которые что-то напоминали Нейтану...

Джон?...

Разумеется, это был совершенно другой человек, но теперь к мыслям о странностях, случившихся в лесу, добавились гадкие воспоминания о подброшенных посланиях, и Нейтан шумно выдохнул, откидываясь на заднее сидение. Он столько раз спросил у водителя, далеко ли им еще ехать, что к концу пути тот смотрел на него с откровенным недовольством.

Нейтан вышел и, оставив Айка в машине, сбегал за деньгами, расплатился и быстро ушел, не попрощавшись.

- Я даже не знаю, с чего начать, - сказал он сразу, как только закрылась входная дверь. Кеды были кое как сброшены и закинуты в угол. Куртка полетела на комод в прихожей.

- Например, начни с того, где вы пропадаете на ночь глядя, молодые люди, - Лив с улыбкой вышла из кухни в домашних джинсах, старой футболке с эмблемой своего университета и фартуке. В доме пахло выпечкой. - Я понимаю, что вы уже взрослые, но шестнадцать лет - это...

- Некогда, - с легким раздражением перебил ее Нейтан. - Пожалуйста, дай поговорить и не мешай, хорошо?

Он отправился в подвал, а она уже без улыбки, с досадой и бессилием посмотрела ему вслед. Потом, словно вспомнив о присутствии Айка, мягко улыбнулась и чмокнула его в щеку.

- Мне было так скучно, что я решила испечь печенье, так что, когда Нейтан... хм... точнее, если хотите, я принесу вам туда или... можете забрать на кухне. Я поставлю чайник. - Она посмотрела на Айка внимательно, но все еще улыбалась. - Все в порядке?

Подвал был настоящей отдушиной. Войдя, Нейтан упал в ближайшее кресло и задымил вейпом, уже не беспокоясь по поводу Лив. Сейчас, если она вдруг решила бы его воспитывать, то встретила бы жесточайший отпор, и, кажется, она и сама это чувствовала. Каким-то удивительным образом Нейтан воспринимал ее как близкого человека только в моменты радости - это было то, что он готов был с ней делить, потому что в радости нет подвоха, тебе просто хорошо - и точка. А когда дело касалось горя, боли и страха, Лив становилась в воображении Нейтана одной из самых ненадежных фигур.

Потому что она позволила отцу разрушить их семью.
Потому что она всегда была слабой, а слабый не может служить опорой.
Потому что она, в конце концов, никогда его не любила. Только делала вид.

Синтетическая сладость вейпа раздражала, и Нейтан закинул его на стол. До самого прихода Айка он полулежал в кресле, глядя в потолок, а когда тот пришел, встрепенулся:

- Какое еще печенье? Ты закрыл дверь? - Не дожидаясь ответа, Нейтан поднялся и сам запер дверь изнутри. - Кури, - он опустился рядом с Айком на диван и обнял его за руку. - Кури сколько влезет. Только пожалуйста, скажи мне, что ты видел? Расскажи как можно подробнее, вот прям от момента входа в лес. Потому что мне кажется, что я схожу с ума и не замечаю этого. И меня это чертовски пугает.

Приятный полумрак от приглушенного света лампы, знакомая ткань диванной обивки - шершавая и грубая, жужжание разбуженного компа - все действовало умиротворяюще, и здесь, тем более рядом с Айком, даже дышать становилось легче. Нейтан уже не чувствовал ту панику, что не отпускала его до момента выхода из такси, но все равно был в нетерпении и хотел как можно скорее услышать, что не он один поддался безумию в этом лесу. Что там действительно было что-то или кто-то, и оно очень хотело подобраться ближе.

Не сосчитать количество часов, которые Нейтан потратил до встречи с Айком на изучение паранормального. И теперь, когда он столкнулся с явлениями, которые никак, кроме мистики, не мог объяснить, он почти терял рассудок и не мог собрать мысли в кучу, так что вместо радости от долгожданной находки была только навязчивая тревога и полное непонимание происходящего.

Это было настоящим безумием, но, увидев странные фото и пугающую смс, Нейтан почувствовал облегчение и какое-то пугающее ликование. Значит, он не сходит с ума, потому что Айк тоже видел нечто странное, а теперь они видят это вместе.

- Когда я вошел в лес, я решил, что мы как-то быстро разминулись. Я тоже не видел выхода к полю, значит, мы видели примерно одно и то же? Но потом все вокруг стало красным. Таким прям... ярко-алым, кровавым. Я подня голову и увидел красную луну. А потом увидел тот черный дым, который был в вашем магазине, помнишь?

Нейтану показалось, что он запутался в собственных воспоминаниях. Он помнил момент падения, но никак не мог вспомнить, как одна сцена той безумной картины переключилась на другую. Он смотрел на Айка и нервно обкусывал пальцы свободной руки.

- Потом... а, кажется, потом я почувствовал, как ты тронул меня за плечо, и когда я обернулся, все перестало быть красным, и за твоей спиной было поле. А дальше я не помню. Помню только, что я будто падаю в черноту. Очень долго. И я осознавал падение, но мне не было страшно. Как будто это была безопасная чернота. В какой-то момент вокруг начали появляться глаза. Десятки глаз и... черт, я снова не помню...

Было ли что-то вообще, или он просто очнулся?

От попыток собрать из кусочков паззла общую картину у Нейта начинала сильнее болеть голова. Он молчал, задумавшись, сопоставляя в голове то, что видел сам, с тем, что видел Айк. Выходило похоже, но все-таки немного разное. Айк словно видел через него.

- Голоса? Я не помню. Было какое-то бормотание непонятное. Кажется, только один голос говорил что-то конкретное. Но я не помню. Черт, это очень хреново.
Нейтана осенило. Он вскочил и направился к компьютеру, вывел его из режима сна и принялся накидывать в Ворде все, что помнил сам и что сказал Айк. Пока печатал, проговаривал вслух, а после залил на файл на флешку и, немного подумав, еще распечатал.

- Это может выглядит странно, - попытался объяснить он, - но вдруг информация пропадет. Как та салфетка, которую ты должен был вынести из дома, помнишь? Если она пропадет только с компа - это можно будет списать на какой-то... какой-то... не знаю, неважно. Но пропасть с трех разных источников она не должна, верно?
Нейтану казалось, что он выглядит и ведет себя как безумный. Возможно, так оно и было.

Тем временем Лив, стоявшая за дверью с тарелкой печенья, слушала разговор и сердце ее учащенно билось. "Может, они обсуждают какую-нибудь компьютерную игру?" - успокаивала себя она. "Или трип", - посмеивался мерзкий внутренний голос. "Очень похоже на трип". То, что Нейтан попробует наркотики, особенно тяжелые наркотики, было ее самым страшным ночным кошмаром. Она искренне верила в наследственность и в то, что его может постигнуть судьба отца. Неимоверным усилием воли Лив подавила желание ворваться и потребовать объяснений.

- Можно войти? - сказала она после короткого стука в дверь, стараясь, чтобы голос звучал ровно. - Я принесла печенье.

Айк его будто не слышал. Ответил что-то рассеянно, а потом и вовсе переключился на вошедшую Лив. Нейтан бегло чмоткнул ее в щеку и поблагодарил, но печенье сейчас занимало его в самую последнюю очередь. Жуткие послания в смс, странные видения, пугающий дом в полях - и все это помимо того, что им заинтересовался какой-то чертов псих, вероятно, живущий по соседству.

Подавив желание прогнать Лив и удовольствовашись тем, что она отвлеклась на Айка, Нейтан сел обратно за компьютер и открыл несколько вордовских файлов, куда начал накидывать информацию. Пока еще хаотично, бессвязными блоками, но это был черновой вариант. Один файл был создан для фермы Джонсонов, второй - общий, для разного рода странностей, которые пока сложно было классифицировать, и третий - для Джона.

Лив тем временем смутилась от вопроса Айка и неловко отмахнулась:

- Ох, спасибо. Мы пока справляемся, но очень мило с твоей стороны предложить помощь. - Она легонько приобняла его за плечи и тут же выпустила из объятий. Голос ее стал тише, чтобы не слышал Нейтан, погруженный в свои записи. - Я рада, что у Нейтана появился лучший друг. Во взрослом возрасте искать друзей уже не так просто - у всех дела, семьи, работа и усталость. Ты отличный парень, я надеюсь, вы сохраните свою дружбу надолго.

Она хотела бы сказать "на всю жизнь", но слишком хорошо знала, что прозвучит это фальшиво, как ни пытайся вкладывать в слова искренность. Хотя в глубине души именно этого и хотела.

- Время позднее, - спохватилась она, взглянув на звякнувший сообщением мобильный. - Если хочешь, я позвоню Роуз и попрошу разрешить переночевать у нас.

Как только дверь за Айком закрылась в тот вечер, Лив включила режим хорошей матери, который столько раз становился причиной их с Нейтаном ссор, что пора было привыкнуть - пользоваться им, когда Нейтан на нервах, не стоило. Тем не менее, печенье переместилось из подвала в спальню, когда Нейтан, едва ли не в обнимку с распечатками и блокнотом, улегся на кровать. Разговора, конечно же, не получилось.

Оставшись один, Нейтан уселся на подоконник, грыз печенье и смотрел на сонную улицу. Спать не хотелось. Иногда он отвлекался на то, что листал интернет в тщетных попытках найти похожие случаи, но ничего серьезного не попадалось. Улица была привычной и спокойной: из-за соседского дома не вылезло никакой мрачной тени, только мистер Николс вышел в пижаме и долго пытался загнать домой своего непослушного пса; в кустах, насколько видел Нейтан, не пряталось никаких подозрительных мужчин. Хотелось думать, что все дурное, случившееся за последние дни - лишь плохой сон, но телефон в какой-то момент мигнул уведомлением, и сообщение от Айка вернуло его к реальности, от которой Нейтан мысленно бежал.

На следующий день он так много времени проторчал в компьютере, приводя в порядок вчерашние записи и ища информацию, что к приходу Айка голова уже шла кругом. Лив маячила поблизости весь день, пытаясь отвлекать его, и это было не лучшей идеей. В конце концов, он открытым текстом предложил ей поехать "к бабушке", после чего она сдалась.

- Бумага стерпела, - когда Айк показался в дверях, Нейтан покрутился на стуле и обернулся к нему. - А моя голова уже не выдерживает. Весь комп забит теперь черт знает чем. Мне кажется, еще немного, и я свихнусь.

Нейтан опустил голову и устало потер руками глаза. Стоило подняться со стула, как заныли затекшие от сидения в одной позе конечности.
- И мне кажется, что еще немного, и я сбегу из дома. Я устал быть объектом внезапных приступов заботы. Ты же с ночевкой?

- Добавляй что хочешь, - Нейтан кивнул. - Я уже говорил, что мой комп - твой комп. Камон, у тебя даже ключи есть от этой комнаты. - Перехватив взгляд обернувшегося к нему Айка, он улыбнулся и, сократив расстояние в пару шагов, наклонился и поцеловал его за ухом. - Твоя забота - это другое.

Нейтан пустил его в свою душу и в свое тело, во всех возможных смыслах, так что сейчас он не чувствовал ни одного человека ближе к себе, чем Айк. "Мой" - все еще отдавалось эхом в голове, стоило только посмотреть на него, на взъерошенную макушку, на улыбку, глаза, руки и губы, которые делали так приятно, что до сих пор вспоминаешь и мурашки по коже. Он был влюблен так сильно, что кружилась голова и ноги становились ватными, и сердце стучало как в первый раз наедине в кладовке.

Занятый своими мыслями, Нейтан не сразу переключился на другую тему. Он посмотрел на монитор, заполненный кричащими загадочными заголовками, немилосердно напоминавший о насущных проблемах, которые нужно было решать.

- Если я скажу, что я уверен, что смогу справиться, это будет вранье. Я понятия не имею, с чем мы столкнулись. Но я уверен, что я хочу попробовать разобраться. Посмотри на этот подвал, какие могут быть вопросы? До встречи с тобой в моей жизни не было почти ничего, кроме изучения паранормального. Это было больше, чем просто увлечение. Это был почти смысл. А теперь... я могу разделить его с тобой.

В словах Айка, конечно, был смысл, и то. что они пережили, как и все необъяснимое, было страшно. Люди всегда боятся того, чего не понимают, но именно это, наперекор страху, и раззадоривало Нейтана понять.

- Смотри, - он прошел к столу и, бросив мимолетный взгляд в сторону двери - закрытой - уселся Айку на коленки. Прощелкав несколько вкладок, он открыл раздел форумов, где люди продавали товары с рук. - Здесь есть куча всякого оборудования. Детекторы эмп, рации и куча других приборов, травы, камни, распятия. В общем, я подумал... прежде, чем мы куда-то пойдем в следующий раз, было бы неплохо купить что-то из этого. Максимум, на что хватит денег. Там и книги есть с описаниями всяких существ, но тут сложнее, потому что много выдуманной и несуществующей инфы, непонятно толком, кто их писал. Что думаешь?

- Именно, - Нейтан, погруженный в пролистывание страниц, рассматривал предлагаемые товары. Чем дальше листал, тем больше горели глаза и тем сильнее хотелось скупить все и сразу. - Здесь многие продают по очень приемлемым ценникам, потому что либо поменяли оборудование, либо перестали заниматься, но проблема, правда, что придется покататься. Покупать через пересылку я бы не решился, мало ли что пришлют.

Он обернулся к Айку с горящими глазами и, встретившись взглядом, почувствовал укол в самое сердце. Приятный укол. Недавное слова о беспокойстве и поддержке накрыли невероятным теплом, и Нейтан просто обнял его за шею в порыве чувств и поцеловал. Краем уха приходилось прислушиваться к звукам за дверью - нет ли шагов, не опускается ли ручка. Хотя стоит отдать должное - Лив давно уже не входила без стука. Но каждый раз объятие или поцелуй были словно украденными, и это невыразимо раздражало.

- Я не очень умею говорить о чувствах, - сказал Нейтан тихо, отстранившись, но продолжая обнимать, - но сейчас меня буквально разрывает от эмоций. И я чувствую то же самое. Я не прощу себе, если что-то случится с тобой. Тем более не прощу, что вся эта паранормальная тема пришла из моих интересов, и по сути это я тебя в нее затягиваю. Но я даже не буду пытаться отговаривать заниматься этим со мной, потому что я хочу делать это вместе.

Айк был такой теплый, такой ласковый, и так близко, что избежать еще одного поцелуя просто не представлялось возможным. Нейтан снова поддался искушению, и целовал до тех пор, пока стук в дверь не заставил его соскочить с колен. С колотящимся сердцем он отвернулся к компьютеру, пока Лив, стоя в дверях, оглядывала комнату и сообщала, что можно идти ужинать.

- Я хочу, чтобы это закончилось, - выдохнул Нейтан, когда она закрыла дверь. - Вот эти скримеры, после которых у меня в глазах темнеет. Я каждый раз переживаю какой-то ужас, и это не нормально.

"Я хочу рассказать ей все и перестать дергаться" - так это звучало на нормальном человеческом языке, но Нейтан будто боялся произнести это вслух.

Нейтан усмехнулся, когда Айк заговорил о своей тете. Разумеется, ему и самому в голову бы не пришло даже предлагать рассказывать ей. При том, что он знал ее очень поверхностно, и несмотря на то, что с ним она держалась довольно мило, по-соседски, он прекрасно видел, какого это склада человек. Перспектива открыться перед ней нависала грозовой тучей, которую Нейтан готов был стараться отводить до последнего. И ему страшно было не за свою репутацию.

С таким же успехом он мог бы прийти и рассказать собственной бабушке. Миссис Дэвис ни за что не выдала бы информацию соседям. Напротив, поняв, что такая беда коснулась ее семьи, она бы всеми силами сохранила тайну, но либо приложила максимум усилий, чтобы изменить ситуацию, либо, если бы потерпела поражение, заняла бы отстраненно-оборонительную позицию и держалась бы в лучшем случае неприступно, а в худшем - стала бы смотреть на них обоих так, как как Айк описывал взгляд своей тетушки.

Лив - другое дело.

- Она примет это, - Нейтан пожал плечами и говорил тоном, как говорят о чем-то само собой разумеющемся. - Возможно даже не потому, что всегда мечтала о том, чтобы ее сын встречался с парнем или она такая, ну, супер толерантная, нет. Просто... сейчас я резко стал для нее важнее всего остального. Она примет это примерно так же, как приняла историю с ножом. - Он вздохнул. - Я бы не питал иллюзий по поводу огромной материнской любви. Дело не в ней.

Нейтан не знал, как объяснить точнее, да и нужно ли это было вообще? Он действительно был уверен, что Лив примет его сейчас любым просто потому, что он - это он. Но в понимании Нейтана это не было продиктовано любовью к нему. Скорее все той же целью почувствовать себя правильной матерью. Хорошей матерью. По крайней мере, так это видел он.

- Но я не уверен, что хочу разговоров по душам. Мы не так близки, между нами нет этой связи и... не знаю, иногда мне просто хочется поставить ее перед фактом. Хочется, чтобы она зашла в самый неподходящий момент и... ну ладно, не в самый... в общем, ты понял. Я хочу, чтобы она просто увидела, и мне не пришлось ничего объяснять.

Лив, пришедшая напомнить им об ужине и простоявшая под дверью в ожидании удобного момента, чтобы зайти, прикусила губу и замерла, словно приросла к полу, не в силах сдвинуться с места, хотя очевидно нужно было уходить.